На главную страницу
Поддержка сайта: [email protected]

Поддержка конкурса: Консультационная линия
Группа ВКонтакте

Сегодня день рождения:

Чекмарёва Е. В.
финал конкурса 2013 года

Пичугина Е. В.
финал конкурса 2014 года

Лащенова Е. Н.
финал конкурса 2011 года

 

Информация о конкурсанте

 


Большое откровение Елены Шиловой

Она предлагает попрыгать директору и мечтает, чтобы у парт были педали, а ученики сами выбирали себе уроки

Когда-то Елена Шилова совершенно не представляла себя учителем, эта работа ей не нравилась. После окончания НовГУ имени Ярослава Мудрого Елена Александровна работала переводчиком английского в различных фирмах в России и за рубежом. И вдруг — экономический кризис, потеря любимой работы. Случилось это почти пять лет назад.

— В это время моя подруга, преподаватель английского в начальных классах гимназии № 4 Великого Новгорода, решила отказаться от своей работы, — рассказывает Елена Шилова. — Был февраль, и ей необходимо было найти замену до конца учебного года. Я решила попробовать, рассудив: почему бы и нет, в конце концов это ведь ненадолго. В первые же дни работы в школе я получила настоящий шок: настолько это оказалось интересно и увлекательно! Мне повезло и с коллективом гимназии, и с программой. Работа с маленькими детками с 1-го по 4-й класс — преподавание английского языка по инновационной коммуникативной технологии, — как выяснилось, это было именно то, что мне нужно! Так что мой приход в педагогику абсолютно случаен, авантюрен... В четвертой новгородской гимназии я работаю уже пятый год. В 2014-м мне предложили участвовать в конкурсе «Учитель года», и я сказала: «Конечно, почему нет?!» Выиграла региональный этап, участвовала во всероссийском этапе. Это оказалось не менее увлекательно, чем преподавание, стало для меня большим приключением!

Те, кто видел конкурсные уроки Елены Шиловой, наверняка отметили ее живость, энергичность, активную мимику и жестикуляцию. Она не стоит на месте, все время передвигается, даже если находится у доски. Такая раскрепощенность, пожалуй, присуща современным успешным менеджерам и пока не очень связана со стандартным образом российского учителя: сдержанным, академичным... Мне сразу вспомнилось, что Елена Александровна имеет опыт работы в западных фирмах: возможно, такой стиль поведения из этой сферы, наработан благодаря специальным тренингам?

— На самом деле это требование моей работы в гимназии, — отвечает Елена Шилова. — Не могу сказать, что от природы я очень общительный и жизнерадостный человек. Однако тот подход к изучению английского по учебникам издательства «Оксфорд», который мы реализуем в школе, — коммуникативный подход — предполагает, что я должна научить детей общаться на иностранном языке. Причем научить этому детей младших классов, у которых общение и на родном-то языке, может быть, еще не очень хорошо развито. Поэтому если я не подключу мимику, жестикуляцию, не продемонстрирую свое внутреннее расположение к ним, то о каком преподавании может идти речь? Это качество, необходимое для работы. И мне кажется, что любой педагог должен вести себя именно таким образом.

В разговоре с Еленой Шиловой я не смогла обойти стороной тему, больную для многих родителей. Многие считают, что современные учебники английского языка излишне усложнены. А учителя практикуют уже со 2-го класса заучивание стихотворений и песенок объемом в... два тетрадных листа к одному занятию. При этом дети порой не понимают, что же они учат: подобные стишки изобилуют сложными грамматическими формами... В своем ответе Елена Шилова вновь защищает любимый коммуникативный подход:

— Это просто прекрасный вопрос, большое вам за него спасибо! В наших учебниках издательства «Оксфорд» огромное количество диалогов, песенок, но они подобраны очень органично. Сразу же закрепляется именно та структура, те слова, с которыми мы только что ознакомились. Причем это самые элементарные структуры, которые нужны ребенку в повседневной жизни: для общения со сверстниками, просмотра фильмов, для компьютерных игр. А вот тем, о чем вы говорите — сложными стихотворениями с непонятными структурами, — как правило, грешат русские учебники. Особенно меня раздражают русские народные сказки, которые неумно переводят на английский.

Теперь по поводу заучивания. Среди родителей наших учеников всегда есть недовольные тем, что ребята не проходят грамматику. В таком случае я всегда спрашиваю родителей: «А кто из вас в школе изучал английский?» Поднимают руку процентов 80-90. Тогда я прошу их поговорить со мной на английском. Они ведь как раз изучали все эти грамматические структуры. Результат всегда один — они не могут говорить. Тогда я предлагаю родителям вспомнить, как детей учат русскому, родному языку. Неужели мама посадила трехлетнего малыша на стул и начала ему рассказывать, что вначале нужно поставить подлежащее, а затем должно быть сказуемое? Конечно же, нет. Мамы с детками поют песенки, играют в ладушки, игрушки. Поэтому наше изучение иностранного языка, которое базируется на модели изучения родного языка, для детей очень органично. Не надо выращивать в школе ученых-лингвистов! Наша задача: показать детям, что английский язык — это нечто удивительно практичное, выпустить из школы людей, которые в состоянии общаться на английском.

И ученики Елены Шиловой на практике подтверждают правоту ее идеи. Малыши, выезжая с родителями летом за границу, помогают мамам и папам говорить на английском языке: чтобы что-то купить, выбрать комнату в отеле, сделать заказ в ресторане. «Для того чтобы увидеть английский в быту, необязательно даже выезжать за границу, — говорит педагог Шилова. — Я прошу детей завести блокнотики и записывать туда все случаи, когда они сталкиваются с английским в повседневной жизни. И они с удивлением обнаруживают: английский повсюду! Это названия фирм и фильмов, это чизбургер и картошка-фри в ресторанчике быстрого питания... Это повседневный английский!

Елена Шилова считает хорошей идею введения в российских школах второго иностранного языка. Сама она помимо изученных в вузе английского и немецкого увлекается в данный момент японским и готова преподавать его азы в начальной школе. Из более близких планов — проект, который Елена Александровна хочет реализовать уже в нынешнем учебном году. Это совместное изучение английского языка детьми и их родителями. Елена Шилова мечтает о том, чтобы ребята со своими родителями дома говорили на бытовом английском. Они сейчас уже желают мамам и папам спокойной ночи на английском, здороваются... Дети сами создают себе языковую среду.

На личные увлечения у молодого педагога тоже время остается — например, на летний туризм. Молодость вообще — это время свободы, реформ и взглядов, не похожих на остальные. Свои оригинальные взгляды есть и у педагога Шиловой.

Она, например, поддерживает своих учеников в сопротивлении школьной форме: «Я бы разрешила и педагогам, и детям ходить в школу в джинсах. Если вдруг у нас в обязательном порядке введут школьную форму, я, наверное, пойду к директору и буду предлагать ему немного попрыгать, поприседать, поподнимать руки. Потому что мы на уроках с маленькими детьми проводим много разминок, подключаем жестикуляцию. Как это делать в строгой одежде? Не представляю!

— Но форма должна быть приличной? Никаких голых пупков?

— А почему бы и нет? Мне кажется, наша задача — дать возможность детям определять самим, что хорошо, что плохо. Не талдычить им свое мнение. Дети сами могут сделать выводы, посмотрев на Машу, у которой голое пузико вываливается, или на Свету, на которой джинсы неприлично сидят. Вообще форма для малышни — это верх зла. Особенно когда девочек заставляют носить толстые такие юбки, а мальчиков — брюки. Ни попрыгать на перемене, ни поскакать! Ребенку в школе должно быть комфортно. Американцы, например, ввели отличную вещь: у них появились парты для детей с педальками внизу. То есть можно сидеть на уроке и при этом крутить ногами педали. Представляете, как безумно тяжело маленькому ребенку высидеть эти 40 минут! Тем более когда его каждый раз тыкают: не горбись, ножки не задирай, ручки сложи.

— Вы много работали за рубежом. Как считаете, что-то из «их» жизни можно перенести в нашу школу?

— Возможность деткам двигаться в течение урока. Посадить их по одному и в шахматном порядке. Парты, за которыми у нас дети сидят строго в ряд и смотрят в затылок друг другу — это тоже очень некомфортно. Помимо этого, например, занятия на свежем воздухе. В большинстве регионов России такие занятия можно проводить только ранней осенью или поздней весной, но было бы здорово. Поставили скамеечки где-нибудь в школьном дворе, и занимайтесь — читайте с детьми или рисуйте. В одной из сельских школ за рубежом я видела замечательную вещь — дети ходят без сменки, но у них очень толстые теплые шерстяные носки. Вот эта атмосфера, когда в школе ребенок, как дома, когда ему комфортно, когда он не отвлекается на мелочи, мне кажется очень правильной, позволяющей сосредоточиться на учебе.

Что касается школьных программ, то после окончания начальной школы я бы позволила нашим детям, как в Америке, самим выбирать уроки. Одни предметы выбирать на базовых уровнях, другие, нужные им, — на углубленных. Чтобы каждый ребенок сам составлял свое расписание, планировал, к какому уроку ему завтра надо прийти согласно выбранному предмету. Мне кажется, это способствовало бы большей самостоятельности детей. И еще — система тьюторства. У нас есть классные руководители. Но одно дело быть наставником 29 учеников, другое — десяти. Система тьюторства была бы гораздо комфортнее, для классного руководителя в том числе.

Когда-то Елена Шилова совершенно не представляла себя учителем, эта работа ей не нравилась. После окончания НовГУ имени Ярослава Мудрого Елена Александровна работала переводчиком английского в различных фирмах в России и за рубежом. И вдруг — экономический кризис, потеря любимой работы. Случилось это почти пять лет назад.

— В это время моя подруга, преподаватель английского в начальных классах гимназии № 4 Великого Новгорода, решила отказаться от своей работы, — рассказывает Елена Шилова. — Был февраль, и ей необходимо было найти замену до конца учебного года. Я решила попробовать, рассудив: почему бы и нет, в конце концов это ведь ненадолго. В первые же дни работы в школе я получила настоящий шок: настолько это оказалось интересно и увлекательно! Мне повезло и с коллективом гимназии, и с программой. Работа с маленькими детками с 1-го по 4-й класс — преподавание английского языка по инновационной коммуникативной технологии, — как выяснилось, это было именно то, что мне нужно! Так что мой приход в педагогику абсолютно случаен, авантюрен... В четвертой новгородской гимназии я работаю уже пятый год. В 2014-м мне предложили участвовать в конкурсе «Учитель года», и я сказала: «Конечно, почему нет?!» Выиграла региональный этап, участвовала во всероссийском этапе. Это оказалось не менее увлекательно, чем преподавание, стало для меня большим приключением!

Те, кто видел конкурсные уроки Елены Шиловой, наверняка отметили ее живость, энергичность, активную мимику и жестикуляцию. Она не стоит на месте, все время передвигается, даже если находится у доски. Такая раскрепощенность, пожалуй, присуща современным успешным менеджерам и пока не очень связана со стандартным образом российского учителя: сдержанным, академичным... Мне сразу вспомнилось, что Елена Александровна имеет опыт работы в западных фирмах: возможно, такой стиль поведения из этой сферы, наработан благодаря специальным тренингам?

— На самом деле это требование моей работы в гимназии, — отвечает Елена Шилова. — Не могу сказать, что от природы я очень общительный и жизнерадостный человек. Однако тот подход к изучению английского по учебникам издательства «Оксфорд», который мы реализуем в школе, — коммуникативный подход — предполагает, что я должна научить детей общаться на иностранном языке. Причем научить этому детей младших классов, у которых общение и на родном-то языке, может быть, еще не очень хорошо развито. Поэтому если я не подключу мимику, жестикуляцию, не продемонстрирую свое внутреннее расположение к ним, то о каком преподавании может идти речь? Это качество, необходимое для работы. И мне кажется, что любой педагог должен вести себя именно таким образом.

В разговоре с Еленой Шиловой я не смогла обойти стороной тему, больную для многих родителей. Многие считают, что современные учебники английского языка излишне усложнены. А учителя практикуют уже со 2-го класса заучивание стихотворений и песенок объемом в... два тетрадных листа к одному занятию. При этом дети порой не понимают, что же они учат: подобные стишки изобилуют сложными грамматическими формами... В своем ответе Елена Шилова вновь защищает любимый коммуникативный подход:

— Это просто прекрасный вопрос, большое вам за него спасибо! В наших учебниках издательства «Оксфорд» огромное количество диалогов, песенок, но они подобраны очень органично. Сразу же закрепляется именно та структура, те слова, с которыми мы только что ознакомились. Причем это самые элементарные структуры, которые нужны ребенку в повседневной жизни: для общения со сверстниками, просмотра фильмов, для компьютерных игр. А вот тем, о чем вы говорите — сложными стихотворениями с непонятными структурами, — как правило, грешат русские учебники. Особенно меня раздражают русские народные сказки, которые неумно переводят на английский.

Теперь по поводу заучивания. Среди родителей наших учеников всегда есть недовольные тем, что ребята не проходят грамматику. В таком случае я всегда спрашиваю родителей: «А кто из вас в школе изучал английский?» Поднимают руку процентов 80-90. Тогда я прошу их поговорить со мной на английском. Они ведь как раз изучали все эти грамматические структуры. Результат всегда один — они не могут говорить. Тогда я предлагаю родителям вспомнить, как детей учат русскому, родному языку. Неужели мама посадила трехлетнего малыша на стул и начала ему рассказывать, что вначале нужно поставить подлежащее, а затем должно быть сказуемое? Конечно же, нет. Мамы с детками поют песенки, играют в ладушки, игрушки. Поэтому наше изучение иностранного языка, которое базируется на модели изучения родного языка, для детей очень органично. Не надо выращивать в школе ученых-лингвистов! Наша задача: показать детям, что английский язык — это нечто удивительно практичное, выпустить из школы людей, которые в состоянии общаться на английском.

И ученики Елены Шиловой на практике подтверждают правоту ее идеи. Малыши, выезжая с родителями летом за границу, помогают мамам и папам говорить на английском языке: чтобы что-то купить, выбрать комнату в отеле, сделать заказ в ресторане. «Для того чтобы увидеть английский в быту, необязательно даже выезжать за границу, — говорит педагог Шилова. — Я прошу детей завести блокнотики и записывать туда все случаи, когда они сталкиваются с английским в повседневной жизни. И они с удивлением обнаруживают: английский повсюду! Это названия фирм и фильмов, это чизбургер и картошка-фри в ресторанчике быстрого питания... Это повседневный английский!

Елена Шилова считает хорошей идею введения в российских школах второго иностранного языка. Сама она помимо изученных в вузе английского и немецкого увлекается в данный момент японским и готова преподавать его азы в начальной школе. Из более близких планов — проект, который Елена Александровна хочет реализовать уже в нынешнем учебном году. Это совместное изучение английского языка детьми и их родителями. Елена Шилова мечтает о том, чтобы ребята со своими родителями дома говорили на бытовом английском. Они сейчас уже желают мамам и папам спокойной ночи на английском, здороваются... Дети сами создают себе языковую среду.

На личные увлечения у молодого педагога тоже время остается — например, на летний туризм. Молодость вообще — это время свободы, реформ и взглядов, не похожих на остальные. Свои оригинальные взгляды есть и у педагога Шиловой.

Она, например, поддерживает своих учеников в сопротивлении школьной форме: «Я бы разрешила и педагогам, и детям ходить в школу в джинсах. Если вдруг у нас в обязательном порядке введут школьную форму, я, наверное, пойду к директору и буду предлагать ему немного попрыгать, поприседать, поподнимать руки. Потому что мы на уроках с маленькими детьми проводим много разминок, подключаем жестикуляцию. Как это делать в строгой одежде? Не представляю!

— Но форма должна быть приличной? Никаких голых пупков?

— А почему бы и нет? Мне кажется, наша задача — дать возможность детям определять самим, что хорошо, что плохо. Не талдычить им свое мнение. Дети сами могут сделать выводы, посмотрев на Машу, у которой голое пузико вываливается, или на Свету, на которой джинсы неприлично сидят. Вообще форма для малышни — это верх зла. Особенно когда девочек заставляют носить толстые такие юбки, а мальчиков — брюки. Ни попрыгать на перемене, ни поскакать! Ребенку в школе должно быть комфортно. Американцы, например, ввели отличную вещь: у них появились парты для детей с педальками внизу. То есть можно сидеть на уроке и при этом крутить ногами педали. Представляете, как безумно тяжело маленькому ребенку высидеть эти 40 минут! Тем более когда его каждый раз тыкают: не горбись, ножки не задирай, ручки сложи.

— Вы много работали за рубежом. Как считаете, что-то из «их» жизни можно перенести в нашу школу?

— Возможность деткам двигаться в течение урока. Посадить их по одному и в шахматном порядке. Парты, за которыми у нас дети сидят строго в ряд и смотрят в затылок друг другу — это тоже очень некомфортно. Помимо этого, например, занятия на свежем воздухе. В большинстве регионов России такие занятия можно проводить только ранней осенью или поздней весной, но было бы здорово. Поставили скамеечки где-нибудь в школьном дворе, и занимайтесь — читайте с детьми или рисуйте. В одной из сельских школ за рубежом я видела замечательную вещь — дети ходят без сменки, но у них очень толстые теплые шерстяные носки. Вот эта атмосфера, когда в школе ребенок, как дома, когда ему комфортно, когда он не отвлекается на мелочи, мне кажется очень правильной, позволяющей сосредоточиться на учебе.

Что касается школьных программ, то после окончания начальной школы я бы позволила нашим детям, как в Америке, самим выбирать уроки. Одни предметы выбирать на базовых уровнях, другие, нужные им, — на углубленных. Чтобы каждый ребенок сам составлял свое расписание, планировал, к какому уроку ему завтра надо прийти согласно выбранному предмету. Мне кажется, это способствовало бы большей самостоятельности детей. И еще — система тьюторства. У нас есть классные руководители. Но одно дело быть наставником 29 учеников, другое — десяти. Система тьюторства была бы гораздо комфортнее, для классного руководителя в том числе.

Светлана Потапова, «Учительская газета», № 38 от 22 сентября 2015 года



Гущин Д. Д.